fangirls, do your duty
Тихим, тонким, слабым голосом "Что ты мне вколол, сука?". Оказалось это что-то новое, только привезли из Японии и в продаже этого вообще нет. Что-то нечеловеческое раздвигает ребра и рвется наружу сквозь жужжащую-сверлящую боль. Когда не можешь стоять, не можешь лежать, не можешь сидеть, не можешь дышать. Хочется просто удариться сильно головой куда-нибудь, потерять сознание и проснувшись уже придти в себя. "Нравится? Эта хрень кажется намного сильнее всего того, что мы с тобой пробовали". Я лежу скрючившись на полу, и с трудом открываю глаза, чтобы увидеть его наглую рожу с намеком на улыбку. Хочется встать и врезать так, чтобы он падая назад ударился головой и потом не мог даже вспомнить собственную группу крови. Но сил нет даже на слова. Я не знаю сколько я лежал на асфальте под этим гребанным английским дождём. Отчетливо помню ту вспышку и бешено острое чувство страха. Огромный ком, мохнатый, черный, налетел на меня из-за угла, кусал и рвал на части кожу. Кажется я кричал. Пытался отодрать его от лица, от рубашки, от брюк. Знаете, просто осознавать, что если откроешь глаза - умрешь. Не придумывать, не верить, не предсказывать. Именно знать. И когда я наконец посмотрел вокруг, понял, что рядом не души, а по рукам ползут огромные пауки.
Когда я очнулся дома, кровать была вся в крови которая текла с рук, которые я почти изодрал от страха.
Зато моя девочка сидела рядом с кроватью. И Макс стоял около окна. И она плакала. А он курил.
Мне просто повезло, что они у меня есть.
Люди, послушайте меня пожалуйста.
Наркотики это НЕ ВСЕГДА ХОРОШО.
Когда я очнулся дома, кровать была вся в крови которая текла с рук, которые я почти изодрал от страха.
Зато моя девочка сидела рядом с кроватью. И Макс стоял около окна. И она плакала. А он курил.
Мне просто повезло, что они у меня есть.
Люди, послушайте меня пожалуйста.
Наркотики это НЕ ВСЕГДА ХОРОШО.