fangirls, do your duty
это я и ты
никого еще сюда не подпущу
Стоять перед лифтом, косясь на кривое изображение своих джинс на металлической двери. Она медленно ползет влево и я вижу как внутри, себя беспорядочно приводит в порядок обычная такая ночная девочка. Она стоит в очень коротком бежевом платье, которое пошло обтягивает почти идеальную фигуру. Я молча захожу в лифт, смотря на свои кроссовки и прислоняюсь к стене, куря и не вынимая сигарету изо рта. Вижу только ее туфли на высоком каблуке, просто зная, что она смотрит на меня. Она едко замечает, что здесь курить нельзя. Я молча не поднимаю головы. Просто понимаешь, такие вот девочки, которые выходят из дома без десяти двенадцать без верхней одежды, притом, что на улице +12 градусов всегда думают об одном и том же. Они идут по улицам дрожа от холода, потому что не хотят платить в клубах за гардеробную. Они неумело крутятся вокруг шеста, надеясь на то, что такие мальчики как мы будут платить за их ред булл в водке. Они отчаянно вертят жопой перед приватными столиками, надеясь на то, что очередной кто-то, который будет их ебать у себя на квартире в трех позах сразу, магическим образом влюбится и женится. Они проводят пол жизни в грезах о белых платьях, в которых воспитанные девочки с румянцем на щеках опустив глаза идут к алтарю и ночь за ночью оправдывают свое блядство поисками настоящей любви. У этого существа в ткани, заканчивающейся у нее под жопой наверно в тот момент крутилось в голове то, что мы живем в одном доме, то, что на мне майка от армани и видимо я не такой уж бедный и то, что возможно это судьба, раз мы едем вместе в лифте на первый этаж. Лифт усмехаясь про себя объявил, что "first floor" и она чуть замешкавшись вышла из него пытаясь идти как можно более ровно и расслабленно. Давясь отвращением я прошел мимо нее быстрым шагом даже не придержав ей дверь и никак не отреагировав на ее вопросительное "Куда идешь?". Часто слышу, что обо мне говорят о том какой я не воспитанный, грубый, циничный, одноразовый, черствый и без чувственный. Еще чаще слышу, как меня называют сволочью, мразью и спрашивают о том, как поживает клуб анонимных алкоголиков.
Но в ту ночь я сидел в темноте давясь сигаретами, убивая глаза предельной яркостью экрана и читал маленькие буковки, которые мне доверила девочка из Волгограда. Мне не стоило абсолютно никаких усилий представить, что все, что она говорила о своем отце, о своей семье, о своих мыслях и о безвыходности своего положения, она говорила сидя передо мной, тихим, иногда срывавшимся голосом, смотря мне в глаза, убивая правдой о своей жизни. Путая в пальцах край простыни, с дрожащими полу-опущенными ресницами и обидой в голосе. Но я сидел на кровати в тишине, которую не замечал вообще и слышал все те слова, что мелькали отражением у меня в зрачках. Я хотел написать ей, что она не заслуживает такого предательства, хотел написать, что нужно просто дышать небом, набирая полные легкие чистого, не опороченного облаками и эктоплазмой воздуха, но вместо этого по экрану быстро побежали слова настолько пришибленные к логике и холодной реальности, что мне стало мерзко от самого себя. Я не мог просто обнять ее, разрешая выреветься на моей груди, и поэтому писал какие-то далекие статистики, глупые советы, обоснованные, но не нужные мнения. А потом увидев на экране "Спасибо, что выслушал" я пытался собраться с мыслями, но на собрание не пришла ни одна. Насколько нужно было быть далеким и холодным, чтобы услышать такое в ответ? Возможно она думала о том, что мне доставляло какое-то неудобство просто иллюзорно быть рядом с ней? Может она подумала, что я не хотел всего этого знать? Да черт возьми, неужели она на самом деле думала, что "загрузила" меня своими проблемами? Я же напротив был ужасно тронут тем, что она рассказала мне такое. Мне почему-то казалось, что я недостоин такой откровенности. Такого не пошлого, ничего не требующего взамен, безоговорочного доверия.
Просто я очень не хочу, что бы, пусть даже одна фраза, была какой-то обычной. Я хочу, чтобы эта девушка держала за руку по-настоящему достойного ее человека. И в тот момент, когда я стоял в лифте и смотрел на туфли этой шлюхи, я понял, что как сильно бы мою девочку не поломала жизнь и что бы там не было, она никогданизачто не опустится до этого уровня. Безудержному блядтству, в котором девочки 21ого топят свои разломленные сердца, моя девочка предпочтет спокойно лелеять свою боль сидя дома, уходя с головой в книги. Отвлекаться она будет не становясь блядью с незримым ценником, а просто разговаривая с перилами стоя на балконе. И да, она может и будет плакать в подушку, выть кусая кулаки, и бороться с тускнеющим цветом глаз, но это все же лучше, чем стучаться к соседям-парням, притворяясь порно звездой комедии дешевых режиссеров, прося молока.
я и ты
созданы, чтобы опустошать души.
никого еще сюда не подпущу
Стоять перед лифтом, косясь на кривое изображение своих джинс на металлической двери. Она медленно ползет влево и я вижу как внутри, себя беспорядочно приводит в порядок обычная такая ночная девочка. Она стоит в очень коротком бежевом платье, которое пошло обтягивает почти идеальную фигуру. Я молча захожу в лифт, смотря на свои кроссовки и прислоняюсь к стене, куря и не вынимая сигарету изо рта. Вижу только ее туфли на высоком каблуке, просто зная, что она смотрит на меня. Она едко замечает, что здесь курить нельзя. Я молча не поднимаю головы. Просто понимаешь, такие вот девочки, которые выходят из дома без десяти двенадцать без верхней одежды, притом, что на улице +12 градусов всегда думают об одном и том же. Они идут по улицам дрожа от холода, потому что не хотят платить в клубах за гардеробную. Они неумело крутятся вокруг шеста, надеясь на то, что такие мальчики как мы будут платить за их ред булл в водке. Они отчаянно вертят жопой перед приватными столиками, надеясь на то, что очередной кто-то, который будет их ебать у себя на квартире в трех позах сразу, магическим образом влюбится и женится. Они проводят пол жизни в грезах о белых платьях, в которых воспитанные девочки с румянцем на щеках опустив глаза идут к алтарю и ночь за ночью оправдывают свое блядство поисками настоящей любви. У этого существа в ткани, заканчивающейся у нее под жопой наверно в тот момент крутилось в голове то, что мы живем в одном доме, то, что на мне майка от армани и видимо я не такой уж бедный и то, что возможно это судьба, раз мы едем вместе в лифте на первый этаж. Лифт усмехаясь про себя объявил, что "first floor" и она чуть замешкавшись вышла из него пытаясь идти как можно более ровно и расслабленно. Давясь отвращением я прошел мимо нее быстрым шагом даже не придержав ей дверь и никак не отреагировав на ее вопросительное "Куда идешь?". Часто слышу, что обо мне говорят о том какой я не воспитанный, грубый, циничный, одноразовый, черствый и без чувственный. Еще чаще слышу, как меня называют сволочью, мразью и спрашивают о том, как поживает клуб анонимных алкоголиков.
Но в ту ночь я сидел в темноте давясь сигаретами, убивая глаза предельной яркостью экрана и читал маленькие буковки, которые мне доверила девочка из Волгограда. Мне не стоило абсолютно никаких усилий представить, что все, что она говорила о своем отце, о своей семье, о своих мыслях и о безвыходности своего положения, она говорила сидя передо мной, тихим, иногда срывавшимся голосом, смотря мне в глаза, убивая правдой о своей жизни. Путая в пальцах край простыни, с дрожащими полу-опущенными ресницами и обидой в голосе. Но я сидел на кровати в тишине, которую не замечал вообще и слышал все те слова, что мелькали отражением у меня в зрачках. Я хотел написать ей, что она не заслуживает такого предательства, хотел написать, что нужно просто дышать небом, набирая полные легкие чистого, не опороченного облаками и эктоплазмой воздуха, но вместо этого по экрану быстро побежали слова настолько пришибленные к логике и холодной реальности, что мне стало мерзко от самого себя. Я не мог просто обнять ее, разрешая выреветься на моей груди, и поэтому писал какие-то далекие статистики, глупые советы, обоснованные, но не нужные мнения. А потом увидев на экране "Спасибо, что выслушал" я пытался собраться с мыслями, но на собрание не пришла ни одна. Насколько нужно было быть далеким и холодным, чтобы услышать такое в ответ? Возможно она думала о том, что мне доставляло какое-то неудобство просто иллюзорно быть рядом с ней? Может она подумала, что я не хотел всего этого знать? Да черт возьми, неужели она на самом деле думала, что "загрузила" меня своими проблемами? Я же напротив был ужасно тронут тем, что она рассказала мне такое. Мне почему-то казалось, что я недостоин такой откровенности. Такого не пошлого, ничего не требующего взамен, безоговорочного доверия.
Просто я очень не хочу, что бы, пусть даже одна фраза, была какой-то обычной. Я хочу, чтобы эта девушка держала за руку по-настоящему достойного ее человека. И в тот момент, когда я стоял в лифте и смотрел на туфли этой шлюхи, я понял, что как сильно бы мою девочку не поломала жизнь и что бы там не было, она никогданизачто не опустится до этого уровня. Безудержному блядтству, в котором девочки 21ого топят свои разломленные сердца, моя девочка предпочтет спокойно лелеять свою боль сидя дома, уходя с головой в книги. Отвлекаться она будет не становясь блядью с незримым ценником, а просто разговаривая с перилами стоя на балконе. И да, она может и будет плакать в подушку, выть кусая кулаки, и бороться с тускнеющим цветом глаз, но это все же лучше, чем стучаться к соседям-парням, притворяясь порно звездой комедии дешевых режиссеров, прося молока.
я и ты
созданы, чтобы опустошать души.